Тьма, – и больше ничего - Стивен Кинг

Четвертый.

…или заночевала у кого-нибудь из «Зомби-пекарей». Скажем, у соло-гитариста. Может, они вместе поют «Улизнет ли киска от пса» в душе после…

На том конце провода взяли трубку. Тесс сразу же узнала голос.

– Здравствуйте, вы позвонили Бетси. Я не могу ответить на ваш звонок. Сейчас прозвучит гудок, и вы сами знаете, что делать. Хорошего дня.

Спасибо, у меня был отвратительный день, а ночь еще хуже…

Раздался гудок, и Тесс словно со стороны услышала собственный голос:

– Здравствуйте, мисс Нил, это Тесса Джин – та, что пишет про Уиллоу-Гроув. Мы с вами встречались в «Бродяге». Вы вернули мне моего Тома, а я дала автограф для вашей бабушки. Вы заметили мои синяки. Я солгала: это сделал не мой парень. – Тесс заговорила быстрее, опасаясь, что лента автоответчика закончится, прежде чем она успеет сказать все задуманное… оказывается, ей ужасно хотелось наконец выговориться. – Меня изнасиловали. Я попыталась исправить ситуацию, и… мне нужно поговорить с вами, потому что…

Раздался щелчок, послышался голос Бетси Нил.

– Давайте начнем сначала. Только говорите помедленнее, я еще не совсем проснулась.

Они встретились в центральном парке Коулвича и сели на лавочку перед эстрадой. Поначалу Тесс казалось, что она вовсе не голодна, но Бетси едва ли не силой всучила ей сэндвич, и Тесс с жадностью заглотила его большими кусками, совсем как Губер – котлету.

– Начните сначала. – Бетси держалась спокойно, даже чересчур. – Ничего не упуская.

Тесс начала с приглашения в клуб «Книги и крафт-пакеты». Бетси Нил слушала молча и лишь изредка вставляла «ага» и «так», показывая, что следит за нитью рассказа. У Тесс пересохло в горле. Бетси протянула ей банку газировки, и она осушила ее за один присест.

Когда она закончила рассказ, был уже второй час дня. Немногочисленные прохожие, зашедшие в парк перекусить, разошлись. Остались только две мамочки с колясками, но они находились довольно далеко.

– Позвольте уточнить, – наконец проговорила Бетси Нил. – Вы собирались покончить жизнь самоубийством, но какой-то голос велел вам вернуться в дом Элвина Штрелке.

– Да, – ответила Тесс. – Там я нашла свою сумку. И игрушку с пятнами крови.

– А трусики оказались в доме младшего брата.

– Да, Маленького Водилы. Они у меня в машине. И сумка тоже. Хотите посмотреть?

– Нет. А револьвер?

– Тоже в машине. В нем всего один патрон. – Тесс с любопытством взглянула на Бетси и снова подумала: Девушка с картины Пикассо. – Вы меня не боитесь? Вы ведь единственный свидетель. По крайней мере, о других мне не известно.

– Мы в общественном парке, Тесс. Кроме того, ваше признание записано на моем автоответчике.

Тесс моргнула. Об этом она не подумала.

– Даже если вы умудритесь прикончить меня так, чтобы те две мамочки ничего не заметили…

– Не собираюсь я никого убивать. Ни здесь, ни где-либо еще.

– Рада это слышать. Потому что даже если вы разберетесь со мной и с моим автоответчиком, рано или поздно полиция вычислит таксиста, подвозившего вас до «Бродяги» в субботу утром. А стоит им разыскать вас, они увидят характерные синяки.

– Верно, – проговорила Тесс, касаясь самых подозрительных. – И что теперь?

– Для начала вам лучше залечь на дно, пока ваше лицо не обретет былую красоту.

– На это у меня есть объяснение. – И Тесс поведала Бетси историю, сочиненную для Пэтси Макклейн.

– Отлично.

– Мисс Нил… Бетси… вы мне верите?

– О да, – несколько отрешенно ответила та. – А теперь вот что я вам скажу. Вы слушаете?

Тесс кивнула.

– Мы – две обычные женщины, решившие перекусить в парке. Но больше мы с вами не увидимся. Идет?

– Как скажете, – сказала Тесс. Мозговые извилины у нее онемели, как бывает с челюстью после укола новокаина.

– Вот и славно. Далее, вам нужно придумать еще одну историю, на случай, если копы выйдут на водителя лимузина, который вез вас домой.

– Его зовут Мануэль.

– …или таксиста, который вез вас до «Бродяги» в субботу утром. Не думаю, что кто-нибудь догадается провести связь между вами и семьей Штрелке, но, когда убийство всплывет, поднимется большая шумиха, и нельзя рассчитывать, что вас не вычислят. – Бетси наклонилась и ткнула Тесс пальцем в грудь. – Очень надеюсь, что меня это не коснется. Я тут ни при чем.

Да, она совершенно ни при чем!

– Так что вы расскажете копам? Главное, чтобы мое имя не упоминалось. Вы же писатель.

Тесс думала целую минуту. Бетси ее не торопила.

– Скажу, что после моего выступления Рамона Норвилл посоветовала мне короткую дорогу – это чистая правда. По пути я заметила «Бродягу». Через несколько миль я остановилась перекусить, потом решила вернуться и выпить пару коктейлей. Музыку послушать.

– Хорошо. Группа называется…

– Я знаю, как она называется, – перебила Тесс. Похоже, новокаин перестал действовать. – Я познакомилась с какими-то ребятами, выпила, а потом решила, что мне не стоит садиться за руль. Вас в этой истории нет, поскольку вечером вы не работаете. Еще я скажу…

– Достаточно. А у вас голова неплохо соображает. Только не переборщите с подробностями.

– Не буду, – ответила Тесс. – Возможно, мне и не придется рассказывать эту байку. Если вскроется правда про братьев Штрелке, вряд ли полиция станет разыскивать скромную писательницу вроде меня.

Бетси Нил улыбнулась.

– Скромная писательница, как же. – Но потом она заметила тревогу на лице Тесс. – Что? Что еще?

– Они ведь смогут связать женщин в трубе с братьями Штрелке? Хотя бы с Лестером?

– Прежде чем вас изнасиловать, он надевал резинку?

– О господи, нет. Когда я добралась домой, его сперма была у меня на бедрах. И внутри. – Тесс передернуло.

– Значит, и с остальными он тоже не заморачивался. Вот и доказательства. Полиция уж точно его вычислит. Если они не смогут установить вашу личность – значит, вам ничто не угрожает. Нет смысла тревожиться о том, чего не можешь изменить, верно?

– Пожалуй.

– Надеюсь… вы не собираетесь теперь вскрывать вены или использовать последний патрон?

– Нет. – Тесс вспомнила, какие дивные ароматы приносил ветер, пока она сидела в кабине пикапа со стволом во рту. – Не собираюсь.

– Значит, вам пора идти. А я еще посижу.

Тесс привстала, но тут же снова опустилась на скамейку.

– Я хочу понять. Теперь вы соучастница моего преступления. Почему вы идете на это ради незнакомой женщины?

– Если я скажу, что моя бабушка обожает ваши книги и расстроится, если вы сядете в тюрьму за тройное убийство, вы мне поверите?

– Ни на секундочку.

Бетси помолчала, взяла свою банку газировки, потом поставила ее на место.

– Знаете, множество женщин подвергается насилию. Вы в этом отношении не уникальны.

Тесс все прекрасно понимала, но ей было не легче. Ни сейчас, ни потом, когда она будет ждать результата анализа на СПИД.

Бетси улыбнулась. На сей раз ее улыбка не казалась приятной.

– Пока мы с вами разговариваем, женщин по всему миру насилуют. И девочек тоже. Таких, у которых есть любимые мягкие игрушки. Кого-то из них убивают, кто-то остается в живых. Как вы думаете, сколько из выживших заявили в полицию?

Тесс покачала головой.

– И я не знаю, – ответила Бетси. – Но